Сила воображения

  Дата публикации: 16 Октябрь 2012 l автор:

— Каждый человек, появляющийся в твоей жизни, все события, которые с тобой происходят, — все это случается с тобой потому, что ты притянул их сюда. 
И то, что ты сделаешь со всем этим дальше, ты выбираешь сам. 

 

…Гамбургеры в этом кафе подавали завернутыми в тонкую пергаментную бумагу и когда вы ее разворачивали, оттуда высыпались маленькие кунжутные семечки, маленькие бесполезные семечки, но гамбургеры были хорошие. Некоторое время он ел молча. Я тоже, думая о том, что он мне ответит. 
— Так вот, Ричард, мы — магниты, понимаешь? Нет, не то. Не магниты. Мы — только железо, обернутое медной проволокой, и как только нам нужно примагнитить себя, мы можем это сделать. Пропуская свое внутреннее напряжение через проволоку, мы можем привлечь все, что нам нужно привлечь. Магнит не беспокоится о том, как он работает. Он сам по себе. И посредством своей природы он притягивает одни вещи, а другие оставляет. 
Я доел жареную картошку и хмуро посмотрел на него. 
— Ты забыл сказать одну вещь: как я это делаю? 
— А ты ничего не делай. Космический закон, понимаешь? Подобное притягивает подобное. Просто будь тем, что ты есть — спокойным, чистым, ясным. Все происходит автоматически. Если мы спрашиваем себя каждую минуту, действительно ли это нужно делать, если делаем только тогда, когда мы себе отвечаем «да», — это автоматически отталкивает тех, кому нечему учиться у тех нас, которыми мы теперь являемся, и притягиваем тех, кто может научиться, и мы тоже чему-то можем научиться у них. 
— Но в это нужно очень сильно верить, а тем временем ты становишься чертовски одиноким. 
Он странно посмотрел на меня поверх своих сосисок. 
— Вздор это насчет веры. То, что нужно, — это воображение. 
Он расчистил стол между нами, отставив солонку, жареную картошку, кетчуп, вилки и ножи. Мне стало интересно, что же произойдет, что материализуется здесь, прямо перед моими глазами. 
— Если у тебя есть воображение вот с это кунжутное семечко, — он положил семечко, взятое для примера, на середину чистого пространства стола, — для тебя нет ничего невозможного. 
Я посмотрел на семечко, потом на него. 
— Хоть бы вы, мессии, собрались и договорились. Я-то думал, если весь мир против меня, то надо уповать на веру. 
— Нет. Когда я работал, я хотел это исправить, но это была бы долгая и тяжелая борьба. Две тысячи лет назад, пять тысяч — у них не было слов для воображения, а вера — это было лучшее, что мессии могли придумать для весьма торжественно настроенной кучки последователей, жаждавшей святости. Кроме того, у них не было кунжутных семечек. 
Я точно знал, что у них были кунжутные семечки, но позволил ему соврать. 
— От меня ожидается, что я воображу себя намагниченным? Я воображаю, что в Таррингтоне, штат Иллинойс, в толпе на выгоне появляется некая мудрая мистическая дама, да? Это я могу сделать, но и только. Это просто мое воображение. 
Он в отчаянии возвел очи к небу, которое в тот момент было представлено потолком из белой жести и холодным неоновым освещением кафе «Эмм и Эдна». 
— Просто твое воображение? Конечно. Этот мир — твое воображение, ты забыл? Где твои мысли — там твой опыт. Как человек мыслит -таков он сам. То, чего я боюсь — приходит ко мне; подумай и разбогатеешь; творческая визуализация ради развлечения и пользы; как найти друзей, будучи тем, что ты есть! Твое воображение не изменит Сущее ни на йоту, нисколько не подействует на реальность. Но мы ведь говорим о киномирах и киножизни, о времени братьев Люмьер, жизни тайн, каждая секунда которой — это иллюзия и воображение. Все мечты с символами, которые мы, бодрствующие сновидцы, вызываем в воображении для самих себя. 
Он расположил свою вилку и нож в одну линию, как будто строил мост от себя ко мне. 
— Тебе интересно, что говорят твои сны? Так ты просто взгляни на факты своей бодрствующей деятельности и спроси, что они означают. Ты и твои самолеты, каждый раз, когда ты оборачиваешься. 
— Ну, ладно, Дон. — Мне хотелось, чтобы он снизил темп и не вываливал на меня все сразу. Миля в минуту — это слишком много для новых идей. 
— Если бы ты видел во сне самолеты, что бы это означало для тебя? 
— Что ж, свободу. Самолеты во сне — это бегство, полет к освобождению от себя самого. 
— Как явственно ты хочешь этого? Пробуждение от сна — это то же самое, что и твое желание освободиться от всего, что тебя тянет назад, — от рутины, власти, скуки, силы притяжения. Ты не понял только одно, что ты уже свободен и всегда был свободен. Если бы у тебя было воображение в несколько этих кунжутных семян, ты был бы верховным господином своей жизни Волшебника. 
— Только воображение! Что ты говоришь? 
Время от времени официантка, вытирая посуду, с удивлением поглядывала на него, любопытствуя, кто бы это мог произносить такие странные вещи. 
— Так тебе никогда не бывает одиноко, Дон? 
— Если только мне этого хочется. У меня есть друзья в другом измерении, которые временами бывают со мной. У тебя тоже. 
— Нет. Я имею в виду это измерение, этот воображаемый мир. Покажи мне, что ты имеешь в виду, представь маленькое чудо этого магнита… Я очень хочу научиться этому… 
— Ты покажешь мне, — сказал он. — Чтобы принести что-то в свою жизнь, вообрази, что это уже здесь. 
— Вроде чего? Мою прекрасную леди? 
— Все что угодно. Леди потом. Что-нибудь маленькое для начала. 
— Мне что, начать практику прямо сейчас? 
— Да. 
— О’кей… Голубое перо. 
Он беспомощно взглянул на меня. 
— Ричард, голубое перо? 
— Ты говорил, что леди недостаточно мала. 
Он пожал плечами. 
— Прекрасно. Голубое перо. Вообрази перо. Визуализируй его, каждую линию, каждый краешек, кончик, Y-образное разделение там, где оно разорвано, пушок вокруг ствола. Всего минуту. Потом отпусти его. 
Я на минуту закрыл глаза и увидел в уме образ — пять дюймов длиной, радужно-голубое, серебристое по краям. Яркое чистое перо, парящее там, в темноте. 
— Окружи его золотистым светом, если хочешь. Обычно его применяют при целительстве, но так же действует и в магнетизации. 
Я окружил свое перо золотистым сиянием. 
-О’кей. 
— Вот так. Теперь можешь открыть глаза. 
Я открыл глаза, — где мое перо? 
— Если оно было у тебя ясным в твоей мысли, то оно уже в этот момент валится на тебя, как грузовик Мака. 
— Мое перо? Как грузовик Мака? 
— В переносном смысле, Ричард. 
Весь этот день я ждал появления пера, но оно не показывалось. Настал вечер. Мы обедали горячими сандвичами с индейкой, когда я увидел его — картинка и надпись на пакете молока: Упаковано для молочной фермы Скотта фирмой «Голубое перо», Брайан, Огайо. 
— Дон, мое перо! 
Он взглянул и пожал плечами. 
— Я думал, тебе нужно настоящее перо. 
— Что ж, для новичков можно любое перо, правда? 
— Ты просто видел перо или держал его в руках? 
— Просто. 
— Тогда понятно. Если ты хочешь быть с тем, что притягиваешь, тебе нужно помещать себя самого в эту картинку. Извини, я тебе не сказал это. 
Странное неведомое чувство. Сработало! Я сознательно притянул свою первую вещь. 
— Сегодня — перо, — сказал я. — Завтра — мир! 
— Будь осторожен, Ричард, — сказал он. — Не то пожалеешь… 

Ричард Бах. «Иллюзии» 

http://planeta.moy.su/blog/sila_voobrazhenija/2012-10-16-32472

Рекламный блок

Прокомментировать

Вы должны быть авторизованы для комментирования.